Добавить статью Домашние роды. Наш опыт и рекомендации

Дата материала: 01 ноября 2012
Этот материал размещён в газете "Родная газета". Вы можете оформить подписку на печатный вариант газеты. Подписаться…
После прочтения книжек В. Мегре из серии "Звенящие кедры России" наши души загорелись, мы ещё больше захотели уехать из города и обустраивать своё поместье. Стали подыскивать своё место. Пообщались с поселенцами, которые уже не один год живут на земле в своих поместьях. Оказалось, своих детей они рожают, как в книжках написано, у себя дома. Совершенно без помощи врачей. Количество известных случаев рождения детей в поместьях перевалило за несколько десятков, осложнений ни у кого не было. Точнее, были. С властями, которые пытаются пресечь попытки освобождения от системы «здравоохранения». Аня к тому времени была уже на 4-м месяце, и возможность рожать дома нас заинтересовала до такой степени, что мы решили ускорить поиски «своего места», чтобы родить там. В поселении «Ружичево» (Кировоградская область) нам любезно выдали книжку Светланы Бондарь «Рождение в пространстве Любви» (скачать бесплатно полный вариант http://goodlife.org.ua/images/Attach/S_Bondar_Rojdenie_v_prostranstve_Lubvi.rar – 1.8Mb) – очень подробный путеводитель по родам, что называется, «от и до». Дома я ещё скачал книжку Г. Дик-Рида «Роды без страха» (скачать бесплатно http://goodlife.org.ua/images/Attach/dik_rid_rodi_bez_straha.rar – 224kb), в которой очень подробно и доходчиво описана вся физиология родов, и также делается упор на естественные роды. После прочтения обеих книжек у нас не осталось вопросов относительно родов. Принято было решение рожать дома.
Поскольку вероятность осложнений, при которых придётся-таки ехать в роддом, хоть и мала, но существует, мы решили встать на учёт в женской консультации и сдать все требуемые анализы, чтобы потом было меньше проблем. Да и при регистрации новорождённого потребуется доказать, что он действительно наш, а без постановки на учёт это очень проблематично. К тому же, сейчас выдают приличную материальную помощь (нам за второго ребёнка полагается 25 000 грн. ($3150), и контроль за регистрацией новорождённых усилился. Аня была уверена, что всё проходит нормально, и специально заявилась в консультацию на сроке 31 неделя, чтобы её не доставали с ненужными нам анализами и требованиями еженедельных осмотров. В консультации врач была уверена, что столь поздний визит связан исключительно с личной расхлябанностью и наплевательским отношением к здоровью будущего ребёнка. В растерянности смотрела график плановых обследований и сокрушалась, что половину анализов уже делать бесполезно. И уж тем более ей было не понять, что дело всей жизни может быть не только ненужным, но и вредным. Ведь в современном акушерстве борются с осложнениями, возникающими из-за наличия самого акушерства… Как ей понять, что роды – совершенно природный процесс, такой же, как дыхание, пищеварение или сон, и процессу этому нужна только одна помощь – поменьше мешать? Мы даже считаем, что роды – это такое же интимное дело, как и зачатие. И присутствие посторонних тут недопустимо.
Кстати, оказалось, что по нынешним украинским законам, больничный по беременности (4 месяца) насильно дают начиная с 30-й недели, и насильно выписывают через 2 месяца после родов. Если взяли больничный позже 30-й недели – не важно, всё равно выпишут через 2 месяца после родов. А раньше можно было начать эти 4 месяца когда угодно – хоть за день до родов, и все стремились взять больничный попозже, чтобы попозже он закончился. В общем, потеряли мы неделю больничного.
Сдав все положенные анализы, Аня пришла к врачу повторно. Все показатели – в норме. Поскольку дальнейшие визиты и анализы в наши планы не входили, Аня заявила, что переезжает в Николаев, и рожать будет там. Как ни странно, но это была чистая правда. Хоть «своё место» мы нашли, но пока нет денег его купить, решили рожать и дальше жить в моём доме в Николаеве. В киевской квартирке нам уже будет тесновато, да там и воздух испорчен, и гулять с ребёнком по бетонно-асфальтовым пустыням не хочется. И вот, бедный врач снова сделала квадратные глаза и никак не могла взять в толк, зачем уезжать в Николаев? Ведь все наоборот стремятся родить и жить в столице. Взяв обещание, что Аня немедленно по приезду встанет на учёт в местной консультации, отдала наконец обменную карту.
На 39-й неделе, наконец, добрались до Николаева. Долго думали, стоит ли становиться на учёт в местной консультации. Но всё-таки хотелось выяснить, как быть после рождения малыша: куда звонить, ехать и идти, чтобы выдали справку о родах. С этим вопросом я обратился в местную консультацию №5. Очевидно, женщина в регистратуре услышала такой вопрос впервые и вообще не поняла его суть:
– Как куда ехать? В роддом! И рожать, как все нормальные люди! Идите к врачу и спрашивайте, я не знаю, что вам ещё ответить.
Я понял, что врач в любом случае затребует стать на учёт – это его обязанность, и до этого даже разговаривать про роды дома не будет. Нашим участковым оказалась милая девушка лет 30-ти. Удивилась, что Аня последний раз показывалась 9 недель назад, но удивление прошло, когда узнала, что это был и первый раз. Списала всё на то, что беременность вторая, а первая прошла без проблем и закончилась успешными родами. Видно, в провинции так поступают многие, в отличие от столицы. Чем меньше населённый пункт, тем жизнь в нём естественнее. Посчитала по календарю, когда нам рожать – получилось, что сегодня. Тут же предложила идти в роддом и… рожать. Аня в ответ сообщила, что услугами роддома мы пользоваться не желаем, и вообще хотим рожать дома, и пришли сюда не столько на учёт стать, сколько выяснить, как получить справку о родах, необходимую для оформления свидетельства о рождении. Врач ничего не ответила, лишь продолжила заполнять карточку. Затем пригласила в кабинет меня, и начала уговаривать рожать во втором роддоме, описывая все преимущества «родов по-новому». Про все эти преимущества я уже успел прочитать на плакатах в холле консультации, ждал там уже полчаса. Действительно, много хороших нововведений. Традиционные родильные кресла снесли в подвал, вместо них теперь обычные кровати, стульчики типа унитаза, мячи, обычные столы и табуретки. Также очень приветствуются партнёрские роды – с любым близким человеком, от которого нужна лишь флюорография. На большом плакате нарисовано два десятка поз, иллюстрирующих использование всего инвентаря.
 
Также большой плакат, рекламирующий грудное вскармливание. Заявляется, что в роддоме напрочь отсутствуют бутылочки и соски, если приходится кормить сцеженным молоком, то только из обыкновенной чашки. Также в роддоме запрет на рекламу и бесплатное распространение искусственных смесей. Мы не сдавались, и в кабинет вызвали ещё заведующую консультацией. Заведующая уверяла также, что есть достаточно отдельных палат, в которых и происходят роды, в родзал переходить не нужно. Там оформлено всё по-домашнему: занавески, шкафчики, душ и туалет, новый ремонт. У меня даже появилась гордость за родную страну: хоть что-то здесь меняется к лучшему. Но всё равно это больница. А дома и стены лечат. Наше желание было непоколебимо. Тогда заведующая перешла к откровенным запугиваниям. Пророчила большие проблемы с регистрацией малыша – будет милиция, опекунский совет, мы должны будем доказывать, что это действительно наш малыш. Сказала, что имеет полное право подать на нас в суд, поскольку мы угрожаем жизни и здоровью гражданина Украины. Перечислила несколько осложнений, из-за которых возможна смерть мамы и малыша. Потом узнала, что у мамы есть дочь от предыдущего брака, и в красках описала, как та останется сиротой, поскольку я тут же откажусь от её воспитания. Я ответил, что это свинство – говорить подобное беременной. Та опомнилась, немного смягчилась, и в итоге мы на словах сдались, нам выписали направление на немедленную госпитализацию в роддом для подготовки к родам. Заставили расписаться, что направление получено и мы обязуемся прийти. На том и расстались, так и не получив ни ответа, за которым приходили, ни какой-то помощи. Если бы действительно беспокоились за нас, предложили бы какого-нибудь врача, который мог бы подежурить у нас дома во время родов. Но нет: здоровье пациентов нашу медицину совершенно не беспокоит.
Было это часов в 12, 21 августа 2010 г., и дальше весь день мы катались по городу, решая насущные дела и покупая всё необходимое для родов и малыша.
Вечером я вдруг решил заготовить раствор морской соли, который непосредственно перед рождением головки малыша нужно будет вылить в ванную. В книге С. Бондарь советует 1 кг соли залить 3 л воды и кипятить до полного растворения соли. Так и сделал. Кипятил 30 минут – соль растворилась не вся. Не стал заморачиваться и добавил ещё литр – соль тут же растворилась.
Следующим желанием было перечитать конспекты, которые я выписал из обеих книжек 2 месяца назад. Только сел читать, но другое желание – срочно начать писать статью про наши роды – перебороло. Уже накопилось достаточно интересного материала и эмоций, особенно после сегодняшнего дня.
 
Собственно роды
В 22:00 Аня сообщила, что походили мы сегодня славненько: отошли воды.
– Рожаем дома? – спрашиваю я.
– Конечно!
Тут же закрываю статью и начинаю судорожно читать конспект.
– Схватки, больно очень, помоги…
Растираю и надавливаю на крестец. Помогает. Длительность схваток – порядка минуты, паузы секунд 30. В паузах Аня в полудрёме, я пытаюсь читать конспект. Что-то всё не так: в первом периоде родов должны быть паузы по 15–20 мин. Всё, читать больше не могу – в коротких паузах мы меняем позы, я пытаюсь заварить чай из трав, набираю воду в ванную, подношу полотенца… В общем, делаю всё то, что нужно было сделать во время первого периода родов. Но почему же не было первого периода, неужели начался сразу второй – крутится в голове. Очередные схватки – давлю и растираю крестец коленом, обоими рукам уцепившись за бёдра, отвожу их назад, тем самым помогая раскрыться.
– Сильнее…
Давлю сильно, что есть мочи.
– Хорошо… – Аня ложится головой на стиральную машину, отдыхая в короткой паузе.
– Снова больно, очень больно.
Опять давлю.
– ААААА!!!!! АААААА!!!!! Головка лезет! – еле выговаривает Анечка.
Не может быть… На часах только 22:30. Щупаю – точно, что-то жёсткое появилось между ног. Рано. Слишком рано. Препятствую головке выйти, переходим на кровать и Аня становится в позу кошки, выпячивая попу вверх, чтобы гравитация препятствовала слишком быстрым родам. Снова потуги. Теперь мне удобно смотреть, что там делается, но неудобно давить на крестец. Преодолевая гравитацию, снова лезет головка. Господи, что это такое?.. Какое-то скопление кожных складок, переплётённое с кровеносными синими сосудами… Больше похоже на мозги или комок кишок, чем на головку. Ищу волосики. Нет. Может быть, это так кожа на головке сморщилась? Нет, не нравится мне эта штука, мягко препятствую её высовыванию, потуга заканчивается.
Уже набралась вода в ванную. Переходим туда. Выливаю раствор морской соли. Снова потуги, вода немного краснеет от крови. Да! Вот это уже головка! Волосики, они, родненькие. 22:55. Головка родилась. Кровь продолжает вытекать. То тёмная, то алая. В воде и не поймёшь, сколько её. Некоторое облегчение, схватки прекращаются. Отдых. Аня просит пощупать шейку малыша – нет ли обвития пуповиной. Щупаю. Всё чисто. Друзья из Ружичево посоветовали вызвать после родов скорую в качестве свидетелей, для облегчения процедуры регистрации.
– Вызовем скорую? – спрашиваю я.
– Вызывай.
23:00. Несильная потуга, рождается тельце. Вытаскиваю малыша из воды и кладу маме на живот. Синий, в белой смазке. Здравствуй, малыш! Легонько отсасываю на всякий случай слизь из его носика – прямо своим ртом. Бегу за фотоаппаратом и снимаю счастливую маму с малышом.
Прикладываем к соску – не берёт. Спустя минуту-две закричал. Про этот крик читайте ниже, где впечатления от мамы. Покричал с минутку, и начал активно сосать. Я подключаюсь к другому соску – это стимулирует дальнейшие сокращения матки, помогая родиться плаценте (последу). Случайно замечаю у малыша половые органы. Мальчик! Для нас это был сюрприз, поскольку на единственном проведённом УЗИ на 31-й неделе пол определить не удалось. 23:15 – приезжает скорая. Две молодые женщины.
– В роддом поедете? – лениво спрашивает врач.
– Нет, - отвечаю я.
– Прививки делать будете?
– Тоже нет.
– Понятно.
– Когда родился?
– Ровно в 11.
– Что ж, подождём, пока родится плацента.
Воду я из ванной уже вылил, малыш продолжает активно сосать грудь, я тоже временами подключаюсь. Предложил девушкам чаю с пирогом, который Аня умудрилась испечь всего 3 часа назад. Они же в первую очередь отнесли чай водителю скорой, который мёрз в машине. Аномальная жара под 40, которая была всего неделю назад, резко сменилась холодом. Глянул на термометр и не поверил: +11. Конечно, все в летней одежде, замёрзнуть не мудрено.
23:40. Послед не отходит. Врач начинает настаивать ехать в роддом, заодно зашить разрывы, которые наверняка есть. Обещает, что к утру отпустят. Спрашивают Аню. Та соглашается. Что ж, пусть будет так.
И тут возникает непредвиденная проблема: не могу поднять Аню из ванной. Самой вставать не разрешают врачи, хотя она вполне может встать сама. Получается, что близко подойти нельзя, и нужно поднимать одной поясницей. Чувствую, сейчас хрустнет, и придётся ещё и меня везти в больницу… Подсовываем под маму махровую простынь, женщины берут вдвоём у ног, я у головы, и перекладываем Аню с малышом на носилки, потом на тележку и в машину. Успеваю дать Ане только телефон, и они уезжают в тот самый 2-й роддом. Я же, в состоянии лёгкого шока, бегаю по всему дому и собираю вещи, которые могут пригодиться – одежду для мамы и малыша, воду, Анин паспорт, пелёнки, деньги. Уходит у меня на это минут 20. То не могу чего-то найти, то ищу сумку, которую уже собрал, в общем, сознание явно было затуманено. Приезжаю, и требую провести меня к жене, тряся флюорографией. По новым законам такое требование они обязаны удовлетворить. Просят подождать, нужно согласие врача. Нянечка сообщила, что послед уже родился, и мне нужно привезти постель, туалетную бумагу, тарелку, ложку, питание…
– Какое питание, постель? Я хочу их забрать немедленно! Пустите меня к ним!
– Что значит немедленно? Вы что, не понимаете, куда попали? Везите всё по списку, и заберёте своих через 4 дня!
– Я знаю, куда попал, я сам принимал эти роды, и нет необходимости им здесь находиться.
– Ждите врача, у него сейчас следующие роды на 2-м этаже.
Сажусь в машину и пытаюсь читать книжку. Ничего не понимаю. Звонит Аня.
– Договорилась, мы пробудем тут до 9 утра. После утреннего обхода, если будет всё нормально со мной и с малышом, нас отпустят под расписку. Не зря мы приехали, мне наложили с десяток швов, внутренних и внешних. И "на всякий случай" вкололи окситоцин для сокращения матки.
– Хорошо, тогда до завтра. Целую, Люблю.
Вышел врач и рассказал мне то же самое.
По дороге домой вспоминаю, что забыл забрать плаценту. Звоню Ане и говорю ей об этом. Когда доехал домой, звонит она:
– Плаценту отдают, но надо забрать сейчас, у них нет холодильника.
– Хорошо, сейчас заеду.
Плацента нужна нам для того, чтобы захоронить её на своём участке, рядом с деревом. Впоследствии это место и плоды дерева будут оказывать благотворное действие на всё семейство, особенно на малыша. Захоронение наоборот: символизирует не конец жизни, а начало. В конце концов, люди даже своих котов и попугайчиков хоронят с почестями, а частицу всех нас троих выкидывать на помойку? Ведь плацента – это полтора килограмма мяса, по сути дела. Как-то даже жутковато…
Нянечка открыла мне и торжественно вручила пакет с плацентой со словами:
– Можете проводить ваш ритуал, – смеётся. – Таких у нас ещё не было!
– Отлично, я первый!
Оказывается, это Аня так объяснила ей, зачем нам нужна плацента.
Привёз я её домой, развернул… Это околоплодный пузырь с пуповиной, вид изнутри (со стороны плода). Пузырь накрывает собственно плаценту – то, чем плод прикрепляется к матке.
 
О! Так вот что за кишки я видел! Так выглядит околоплодный пузырь! Видимо, он лопнул сбоку, и головка малыша выталкивала его нижний край.
Перечитываю свой конспект относительно проблем с задержкой рождения плаценты. Оказывается, при стремительных родах (такие у нас и были) плацента обычно рождается через 1.5–2 часа! А мы волновались… Осталось выяснить причину стремительных родов. Не исключено, что запугивания в консультации и стали ускорителем. Так что, рожай мы в глуши и спокойствии, наверняка не было бы стремительных родов с последующими разрывами.
Вспоминаю, как всё было и понимаю, что везти Аню с сильнейшими схватками в роддом было бы ещё экстремальнее, чем рожать дома. Ведь схватки, а следом и потуги начались через 5 минут после отхождения вод, а ещё через 25 минут начала прорезаться головка... Родила бы либо в машине (за рулём которой был бы я, ждать скорую нереально), либо в коридоре роддома на пути к родзалу. И это было бы намного хуже. Хорошо, что у нас хватило настойчивости никого не слушать и делать, как велит сердце. Позже Аня рассказала, что весь день у неё были нерегулярные слабые схватки, которые она посчитала за тренировочные и потому мне ничего не говорила. В предыдущей беременности такие тренировки у неё были целых 2 недели.
Лёг спать, но сон не идёт. Решаю сделать генеральную уборку дома. В ванную вообще страшно заходить – кругом кровь. Управился к 5 часам. Собрал детскую кроватку, купленную только вчера. Смотрю – восход. Щёлкнул его из окна.
 
Первый восход в жизни Михаила Андреевича, снятый из окна дома, где он родился. Символично.
Аня договорилась с нынешней сменой, но в 9 часов после обхода она сменилась, и пришлось договариваться заново. Написав расписки, что отказываемся от прививок и самовольно уходим, претензий к медперсоналу иметь не будем, Аня с малышом наконец-то покинули роддом, хотя все врачи, медсёстры и санитарки пытались уговорить нас остаться – кто в мягкой форме, а кто и в довольно агрессивной. Быстро сели в машину и укатили, пока нас не заковали в кандалы… Перед отъездом у Ани взяли кровь из вены «на напряжённость иммунитета к столбняку», поскольку мы «рожали в антисанитарных условиях» – к ним относится всё, что не роддом.
Анин паспорт пришлось оставить в роддоме, для оформления справки о рождении. Обещали отдать через положенные 3 дня, если мы оба принесём свои флюорограммы. Ни о какой оплате никто даже не намекал. Хотелось отблагодарить нянечку, врача и педиатра, но они все сменились, а нынешняя смена почему-то отнеслась к нам враждебно. Решили их найти через 3 дня, когда приедем за справкой.
Дома читаю на бирках, привязанных к ручкам малыша: 3500, 51 см. Прилично!
Ещё новшество в роддоме: пуповину теперь зажимают специальным пластиковым одноразовым зажимом в 1–1.5 см от животика, и ничем не обрабатывают вплоть до отпадания остатка пуповинки с зажимом через 3–10 дней. С этой прищепкой можно купать малыша с первого дня.
 
Зажимы такие свободно продаются в магазинах медтехника. Намного удобнее, чем перевязывание и ежедневная обработка марганцовкой, как раньше.
Часа через три к воротам дома подкатила скорая.
– Вы понимаете по-русски?
Так, думаю, сейчас будет очередная промывка мозгов. Молчу, а чего тут отвечать, ведь это скорее утверждение, чем вопрос.
– Вы видите, что это за машина? Скорую вызывали?
– Нет, – и тут понимаю, что первый вопрос был задан без риторики, совершенно прямо.
– У вас дома роженица, которая сбежала с ребёнком из роддома?
– Да.
– У вас есть жалобы? Хотите, чтобы мы осмотрели ребёнка?
– Жалоб нет, смотреть не надо, мы себя отлично чувствуем, активно кушаем.
– Какой вы национальности?
– Какая разница? Моджахед. Похож? (А я небритый, загорелый и черноволосый, действительно похож.)
– Да меня этим не напугаешь, у меня сын в Азии живёт. Подпишите, пожалуйста, здесь, что вы отец и запрещаете нам осматривать ребёнка. Такая формальность.
Подписываю. Прощаемся, желаем друг другу удачи. Интересно, какую такую басню про меня им рассказали?
Вечером устроили торжественное захоронение плаценты под молодой черешней, на участке у нашего дома.
 
Первая неделя после родов
На следующий день к нам пришла участковый педиатр, осмотреть ребёнка. Мило и дружелюбно пообщались, ей были жутко интересны подробности родов и причины, побудившие нас рожать дома. Попросила нас следовать советам известного педиатра Комаровского, изложенным в книге "Здоровье ребёнка и здравый смысл его родственников" (скачать бесплатно http://goodlife.org.ua/images/Attach/Komarovskiy_zdor_reb.zip – 400kb). Это и так наша настольная книга. Похоже, нам попался один из немногих нормальных врачей. Точнее, ненормальный, поскольку нормальные – это те, кого большинство. Сказала, что будет приходить ежедневно, пока нам не исполнится неделя. Следующий день был выходным – 24 августа, День Независимости. Но педиатр всё равно пришёл, правда не участковый, а дежурный.
На 4-й день позвонила участковый из женской консультации – узнать, когда мы будем дома и как к нам добраться, чтобы прийти осмотреть маму. А нам как раз ехать в роддом за справкой. Сказали, что сами к ним заедем. Та была несказанно рада. По приезду в консультацию на меня, оставшегося с малышом на улице, накинулась заведующая, уже знавшая все подробности наших родов.
– Вот видите, вам просто повезло! Могло быть всё гораздо хуже! И как вы могли, мы же договорились.
– Нам не просто повезло. Мы были уверены в благополучном исходе. А когда человек представляет, как может быть "плохо", это "плохо" и происходит. Мы настроились на хороший исход, вот и было всё хорошо. Иначе быть не могло.
– Вы что думаете, я только тут сижу? Я и в родзале тоже дежурю, знаете, сколько всего навидалась? Вы очень сильно рисковали, и впредь так рисковать нельзя!
Как же донести до сознания людей знание о великой силе, заключённой в человеческой мысли? Что она сильнее любых лекарств, ядов, теории относительности и квантовой физики? Вот же прямое доказательство: современная медицина! При детальном анализе большинства лекарств, применявшихся ранее, оказывается, что они вредны и ядовиты для организма, но каким-то образом помогали! Да просто человек верил в то, что излечится при помощи этого лекарства, и излечивался. Сами лекарства только мешали. Излечивала вера, то есть мысль.
Медсестра и участковый врач в консультации никак не могли поверить, что Аня через 10 часов после родов не только могла сама ходить, но и вообще сбежала из роддома. Они обе и на 4-й день ходили, держась за стенки. Опять же, сила мысли. Они знали, что так должно быть, и так было.
Сделали Ане требуемую флюорограмму, поехали в роддом. Там без проблем выдали уже готовую справку о родах, предупредили, что необходимо в течение месяца зарегистрировать ребёнка в ЗАГСе, иначе штраф 1000 грн. Аня нашла врача, который её зашивал, и нянечку, выдала им скромную премию, просто от себя, никто денег так и не потребовал. Педиатр сменилась, её отблагодарить снова не удалось.
На 10-й день позвонили из роддома. Результат анализа крови "на напряжённость иммунитета к столбняку" показал, что напряжённость слабая и возможно заражение. Сказали, чтобы мама немедленно ехала в консультацию колоть противостолбнячную сыворотку. Следом позвонили из консультации, что они нас ждут. Какая забота... о своём кресле... Почитали про столбняк – оказалось, что эта сыворотка помогает только в течение 3-х дней после заражения. Другого лекарства от этой древней опасной болезни до сих пор не изобрели... И какой смысл теперь эту сыворотку колоть? У неё ещё куча побочных эффектов есть. Никуда мы не поехали. Дальше ещё смешнее. На 12-й день позвонила участковый педиатр и извиняющимся голосом сообщила, что и ей дали задание вколоть сыворотку малышу. Два дня назад мы с ней уже обсудили вопрос о столбняке, и решили, что если мама и имела шанс заразиться (один на миллион), то малыш – никак, поскольку пуповину перерезали в роддоме после надевания прищепки. Других ран на теле малыша не было. А столбняк может попасть в кровь только через рану, да ещё и плохопроветриваемую. Договорились, что мы напишем отказную расписку для успокоения её начальства.
Вся наша история с родами прекрасно проиллюстрировала главный принцип, по которому работает официальное здравоохранение: "Сделать всё, что можно, чтобы врачей не обвинили в смерти пациента". Очень часто это "всё, что можно" и является причиной смерти или инвалидности, но одновременно это и алиби – "всё, что можно" они сделали. Не подкопаться. А клятва Гиппократа среди прочего гласит: "Не навреди!". Да плевать им на клятвы. Медицина давно уже стала обыкновенным бизнесом.
На этом наша эпопея с родами закончилась, если будут интересные моменты в воспитании малыша, напишу. Думаю, они будут, поскольку прививок мы не делали, дорога в садик нам закрыта. Думаем организовать свой садик на дому для таких же оторванных от системы родителей, как мы.
 
Анины впечатления и ответы на вопросы
Быстро родятся не только кошки, но и… Мишки!
Прежде всего – огромное спасибо за отзывы, поздравления и вопросы! Попробую ответить на вопросы, адресованные маме.
Вопрос первый: «Как Вы на это решились?»
Отвечаю. Решился Андрей, я пошла за ним. Потому что агитировать будущего папу быть единственным, на которого валится всё, и плюс ещё всё незапланированное – небезопасно для всех. Убеждённость папы должна быть очень серьёзной, иначе мама будет беспокоиться о его состоянии и не сможет поэтому доверить ему полностью и малыша, и себя. Конечно, если мама привыкла во всём полагаться только на себя, то она и родить сама может. Я не из таких. Без помощи Андрея для меня эти роды были бы такими же, как и первые – тяжёлой работой, награда за которую – первый взгляд на малыша. В прошлый раз я ещё год помнила боль и думала, что решиться ещё раз мне будет очень непросто. Потом боль забылась, но страх перед родами держался всё это время – почти четыре года.
А сегодня я стараюсь не потерять, удержать в памяти ощущение движения Мишки внутри меня – движение к рождению. В прошлый раз я его вообще не почувствовала, а сейчас именно это движение вызвало даже большие эмоции, чем появление малыша на свет. Когда видишь ребёнка, наступает расслабление, успокоение. А когда он ещё только начал передвигаться к выходу – сколько тут всего! Я словно прошла этот путь вместе с ним – напряжение всех сил в стремлении к свету, робкая надежда на уровне сознания и – одновременно – бессознательное чувствование правильности, мудрости, нужности всего происходящего. Наверное, это и есть состояние Веры, которое я безуспешно пыталась почувствовать многие годы. Вот бы его не забыть!
Ещё одно необычайное мгновение – когда малыш впервые открывает глаза. У нас ведь принято говорить, что глаза – это зеркало души. Наверное, поэтому первый и последний взгляд на этот мир в нашем восприятии очень символичны. В первых родах я увидела Лизу смотрящей на мир крайне недовольно и орущей изо всех сил. Даже когда её положили мне на грудь, в киевском роддоме, работающем под девизом «дружественный к маме и ребёнку», она продолжала кричать и метать глазами гневные искры. Мои скромные попытки приложить её к груди одной рукой (во вторую уже кололи окситоцин для скорейшего изгнания плаценты) ни к чему не привели. Так что Лиза первый раз проявила свой сосательный рефлекс уже после взвешивания и одевания, где-то через 20–30 минут после рождения. Мишка, рождённый в воде и не отделённый от пуповины, кричать не спешил, хотя руками-ногами двигал вполне уверенно и производил впечатление существа упругого и совсем не слабого. В отличие от Лизы, слегка придушенной то ли обвитием пуповины, то ли моим лежанием на спине на протяжении всего процесса родов – с 23.00 до 4.30.
Так вот к вопросу, плакал ли малыш и как быстро перестал плакать. Нет, не плакал в том смысле, что плачут, когда плохо. По его виду нельзя было сказать, что ему плохо. Его крик был скорее пробой новых возможностей, чем страхом, жалобой или гневом. Так же, как активное сосание через несколько минут после рождения было проявлением скорее рефлекса, чем чувства голода. Вот тогда, занявшись грудью, он кричать и перестал.
При всём уважении к огромной работе З. Фрейда, я не взялась бы подтвердить положение о том, что ребёнок обязательно испытывает ужас при рождении. Ему можно создать некомфортные условия – придушить неудачным положением мамы или обвившейся пуповиной, ранним перерезыванием пуповины или эмоциями чужих людей вокруг. Я убеждена, что специалисты в родзале – люди огромной доброты и ангельского терпения. Но они – люди, живущие свои жизни. Может быть, перед каждым рождением они отрешаются от всего, что им в жизни дорого или больно, и настраиваются на очередного малыша. Но, мне кажется, это необыкновенно трудно, для этого нужно, наверное, жить в роддоме или в монастыре.
А ещё мне кажется, что, если мама боится и страдает – страдает и малыш. Если мама, да ещё вместе с папой, настроены светло и радостно – малышу бояться нечего, он знает, что всё в порядке. Во всяком случае Мишка страдальцем не выглядел, он смотрел на мир спокойно и с интересом, да и сейчас в основном так смотрит (когда сыт и не мокрый).
Кстати, о пуповине. В роддоме, где-то спустя часа полтора-два после рождения, её пережали прищепкой и обрезали ножницами. Крови в пуповине давно уже не было, манипуляции с нею ребёнок, согласно науке, не чувствует. И тем не менее Мишка в ответ на прищепку проявил протест. Его крик и мимика не отражали страха или боли, скорее, недовольство. Возможно, просто реакция на нового человека, который что-то с ним делает. Но у меня возникло ощущение, что он хотел бы этому помешать.
К вопросу о самочувствии мамы. Через сутки после первых родов я спустилась в лифте с четвёртого этажа на первый за фотоаппаратом и считала это почти подвигом. Медперсонал тоже. Второй и третий день чувствовала такую слабость, что не решалась перенести малышку со своей кровати на пеленальный столик. Потом было около полутора месяцев гормональной перестройки – приступы слабости, жара-холод. Сейчас всё иначе. Конечно, слабость в первые дни была, но не мешала управляться с малышом и делать лёгкую домашнюю работу – не потому, что сделать некому, а для скорейшей реабилитации. Мы с Мишкой много времени проводили во дворе – а воздух тут пахнет степными травами. И ещё я поняла, как давно не смотрела в небо…
Сама атмосфера дома, в котором к маме относятся как к маме, а не как к больной, требующей почти постельного режима, способствует быстрому восстановлению. На второй день после родов поймала себя на том, что самочувствие гораздо лучше, чем до родов (живот у меня был небольшой, и малыш ростом 51 см довольно чувствительно давил на всё внутри). Может быть, на случай непредвиденных ситуаций организм собрал много сил, которые в быстрых родах не были растрачены.
Кстати, о быстрых родах. Г. Дик-Рид в книге «Роды без страха» пишет о том, что при наличии страха или стресса нервно-мышечная гармония родов нарушается, процесс замедляется, возможны осложнения. Я жутко стеснительная, среди чужих людей боюсь сделать что-то не так, поэтому расслабиться в условиях роддома мне не удаётся. В этот раз врач, пока принимал плаценту и накладывал швы, постоянно просил меня расслабиться, но – увы. Дома никаких зажимов не было, и это оставляло возможность думать о том, что и как лучше сделать в следующий момент. И насколько же было классно чувствовать поддержку Андрея – и моральную (мы словно всё делили пополам, это очень необычное ощущение, некое таинство, ранее мною не испытанное), и физическую – его надавливание на крестец с разворачиванием бёдер и помогало скорейшему открытию дороги для малыша, и снимало наиболее неприятные ощущения. Благодаря этому я могла хорошо расслабиться и отдохнуть между схватками и иногда даже сказать малышу, что всё будет хорошо – хотя на самом деле мы говорим с ребёнком своими эмоциями, слова – лишь внешний антураж.
Когда я готовилась к первым родам, то узнала, что 10 % женщин находят процесс родов приятным. И очень захотела попасть в их число. В первый раз не удалось. Во второй я поняла, что приятные роды – это не обязательно отсутствие боли. Скорее всего, без боли не бывает, и не нужно ждать, что случится чудо и именно тебе повезёт. Наоборот, я бы могла порекомендовать быть к боли готовой, тогда она хотя бы не лишает начисто способности хоть что-то соображать. Просто в той обстановке, где папа поддерживает и помогает, и нет отвлекающих факторов, у мамы есть возможность почувствовать движение малыша, быть с ним в контакте – и это делает процесс родов настоящим праздником!
Ну а о взаимоотношениях Лизы и Миши – в будущих заметках.
Если ещё есть вопросы – задавайте, мы открыты для общения. Или делитесь своим опытом, если такой есть.
 
Авторы: Андрей Кравчик, Анна Коломиец.
 
Материал из родового поместья
Дата материала: 01 ноября 2012
Разместил(а): Вячеслав Богданов, 01 ноября 2012, 00:00

Подпишись на нашу рассылку